Странные женщины Ирины Купченко

Наталия Каминская, Культура от 28 февраля 2008

Ирина Купченко родилась в Вене 29 февраля. Но чтобы не справлять день рождения дочери раз в четыре года, родители записали в метрике дату 1 марта. Именно она и стоит во всех справочниках.

Семья военнослужащего Купченко переезжала с места на место. Детство и юность Ирины прошли в Киеве, где она училась в Институте иностранных языков на романо-германском отделении. 

Только переехав с матерью в Москву после смерти отца, она поступила в Театральное училище имени Щукина. И еще будучи студенткой, попалась на глаза режиссеру Андрону Кончаловскому, снимавшему тогда «Дворянское гнездо» по И. С. Тургеневу. Лучшей Лизы Калитиной было не сыскать. В тоненькой со строгими чертами лица девочке уже угадывался негнущийся стержень личности. Она была красива, но ничего легкомысленного, водевильно-легкого или открыто-соблазнительного в ней не было. Так и пошло в ее актерской карьере: ролей, особенно в кино, было много, притом, если и не главных, то, как правило, героинь, и обязательно с характером, с непростой линией судьбы и с весьма сомнительным счастьем. Кончаловский надолго ее облюбовал.

Вскоре за Лизой последовала чеховская Соня в экранизации «Дяди Вани». Надо было играть безответную любовь, безграничное терпение, смирение с женским несчастьем. Купченко после этой картины называли идеальной чеховской героиней. За интеллигентность и деликатность в сочетании с несгибаемой волей, за внутренний свет, не ослепительный, но и не гаснущий. Если бы кто-то вздумал в те годы ставить драматическую версию пушкинского «Евгения Онегина», то лучшей Татьяны, чем Ирина Купченко, невозможно было бы придумать.

Мечтательность, гордость, независимость, предельная искренность и абсолютная естественность — все эти драгоценные дары актриса приносила в каждую роль. В этом, сугубо личностном смысле ее княгиню Трубецкую («Звезда пленительного счастья» Вл. Мотыля) можно считать родственницей официантки в шоферской столовой («Романс о влюбленных» А. Кончаловского). У одной — дворянский стиль, у другой — угловатость обыденной женщины, но обеих роднит цель души, внутренняя работа любви и жертвенности.

И когда позже, уже будучи зрелой, уверенной в себе актрисой, Ирина сыграет странную женщину в одноименной картине, кто-то из критиков скажет о ней: «темперамент мысли» — имея в виду непрерывную нравственную работу, душевные труды, не подвластные никаким внешним обстоятельствам. Актриса даже жену волшебника в картине Марка Захарова «Обыкновенное чудо» по Е. Шварцу умудрилась сыграть с подтекстом. С виду милый домашний зверек обнаруживал подспудную нелегкую долю — жить с неуправляемым творческим человеком, быть одновременно и женой, и музой, и матерью, и ребенком.

А уж в «Странной женщине» она и вовсе заявила революционную по позднесоветским временам тему женской свободы — свободы любить, уважать партнера, решать, на кого растрачивать свои недюжинные душевные силы. Отзвуки ибсеновской Норы и толстовской Анны отчетливо звучали в этой роли, преломленные иным временем и иным социумом. Она бы великолепно сыграла и саму Нору в «Кукольном доме», и саму Анну Каренину, будь родной ей Театр им. Вахтангова более внимателен к своим актерским ресурсам. Собственно, и эта тема заявлена в «Странной женщине» — слишком богатая натура, роскошный экземпляр, перед которым пасует обыденность любого сорта. В том числе и театральная.

Когда уже в 2000 году Купченко снялась у Э. Рязанова в «Старых клячах» и явила потрясающий комедийный дар, снова захотелось испросить с театра за скверное зрение и притупленный слух.

Между ее ранними шекспировскими и пушкинскими сценическими героинями и поздней Роксаной в спектакле Вл. Мирзоева «Сирано де Бержерак» — пропасть нереализованных возможностей. Роксану она играла интересно. Будучи ощутимо старше реального возраста героини, демонстрировала роскошную форму и изящный стиль. Спектакль Мирзоева был полон красивостей и туманных намеков, костюмы Павла Каплевича придавали ей нечто иррациональное и вместе с тем салонно-подиумное. Но актриса снова сыграла недюжинный характер и острое зрение — кажется, она с самого начала разгадала, чьими устами говорит ее возлюбленный, с первых же сцен оценила Сирано, и та внутренняя борьба, что шла в ее прелестной головке, была контрапунктом роли. «Странная» Купченко не побоялась эксперимента. Как позднее в картине С. Говорухина «Благословите женщину» не испугалась роли не только возрастной, но и «сословной», сыграла простую, утомленную заботами женщину из народа — и сыграла блестяще.

Когда Ирина Купченко идет по улице, ей непременно оборачиваются вслед. Не потому только, что узнают популярную актрису, но и потому, что сильна ее женская притягательность. Она — очень стильная женщина, очень яркая, хотя и не броская, индивидуальность. Женщина и актриса большого стиля, который и коллегам, и зрителям еще предстоит оценить по достоинствам.