Ужасная Елена

Ваш досуг от 19 ноября 2008

Римас Туминас — первый иностранец, которому выпало возглавить московский театр — Театр имени Вахтангова, поставил «Троила и Крессиду». «ВД» рассказывает о самой значительной среди московских премьер.

Шекспироведы до сих пор не могут договориться, к какому жанру относить эту пьесу. Трагедия? Но герои хоть и теряют любовь, однако остаются живы. Исторические хроники? Но в пьесе мало достоверности и много того, что в ХХ веке назовут постмодернизмом. У Шекспира Парис зовет Прекрасную Елену именем Нелли, а речи «безобразного и непристойного» (так в тексте) Терсита пестрят сальностями елизаветинских времен. Словом, описывая нравы греков и троянцев, Шекспир высмеял современную ему Англию. Римас Туминас пошел тем же путем — за грандиозной картиной вселенского распада в его спектакле ясно различимы черты нынешнего мира. Герои Шекспира, как выясняется, воюют сами с собой — греки и троянцы повязаны узами родства. Повод для войны — укрывшаяся в Трое Прекрасная Елена. И тут режиссер преподносит зрителям зловещий сюрприз: за семь лет войны красавица стала грузной развалиной с дребезжащим голосом и застывшим от порока лицом. Кульминация кошмара — сцена, в которой тяжко дышащая Елена (Мария Аронова) приветствует воинов: распахивает плащ, обнажая муляж ярко-розового даже не тела, а святилища порока. К войне здесь привыкли, о вестях с поля боя спрашивают как о сюжете телесериала. Слишком длинная война отняла у людей способность чувствовать. В трагические моменты они сбиваются в кучу, чтобы с пафосом спеть какой-нибудь куплетец — и спокойно разойтись. Здесь греки в банных халатах, с по-женски раскрашенными лицами, ведут диалоги так безмятежно, словно каждое слово уже отчеканено на мраморе. Но достаточно разглядеть двуличную улыбочку Улисса (Олег Макаров), услышать его сладкий фальцет, чтобы понять всю степень вырождения этих прежде богоподобных эллинов. Троянцы не лучше. Режиссер вроде бы ничего не прибавляет к пьесе, но разбухший, нестройный текст превращается в отточенный фарс. С помощью артистов, впервые за много лет вспомнивших вкус яркой, масочной, почти цирковой игры, он создает паноптикум, который оценил бы сам Гойя. Вот злобный коротышка Ахилл (Виктор Добронравов), неразлучный с двухметровым, но женственным Патроклом (Сергей Епишев). Крошка Парис (Олег Лопухов) жмется к неохватной Елене. Худая, с запавшими веками Кассандра (Анна Антонова) беззвучно растягивает гармошку, издавая вместо музыки сипящий стон. В этом вывернутом наизнанку мире Троил (Леонид Бичевин) с Крессидой (Евгения Крегжде) похожи на птичек, залетевших в клетку к монстрам. Любви здесь не место — потому они застывают истуканами, когда сводня-Пандор (Владимир Симонов) устраивает им свидание. Но скоро тлен всеобщего распада охватит и Крессиду? Живописуя вырождение человеческих чувств, режиссер не оставляет без внимания и театр, в котором артисты больше не способны на высокие страсти. По сути, все исполнители играют по две роли: не только персонажей пьесы Шекспира, но и разыгрывающих ее комедиантов-соперников. На поклонах доходит почти до драки: сияя улыбками, актеры остеревенело толкаются, оттаскивая друг друга от рампы и вырывая цветы. И эта финальная пародия — верное доказательство того, что сами вахтанговцы по-прежнему в форме.