Актер Евгений Князев выступил в Томске: Тридцать лет назад в этом городе меня ждал провал

Мария Симонова, Афиша. Томск от 16 февраля 2012

Народному артисту РФ, актеру театра имени Вахтангова Евгению Князеву удаются, казалось бы, несовместимые вещи. На сцене и на экране он поражает своей эмоциональностью. Достаточно вспомнить хотя бы его главную роль предсказателя и телепата Мессинга из недавнего известного сериала «Вольф Мессинг: видевший сквозь время» и предельно напряженные сцены пророчеств, когда отвести взгляд от артиста просто невозможно. Но кроме актерских работ Князев, как ректор Театрального института имени Щукина, успевает решать бесконечные административные вопросы. Страстный на сцене, спокойный и собранный в жизни, известный артист нашел в своем насыщенном графике время для визита в Томск – в театре «Версия» состоялся его творческий вечер.

Монологи из известных спектаклей театра имени Вахтангова, стихи, актерские байки, ответы на вопросы из зала – вот что ожидало зрителей на вечере Евгения Князева. Вела творческую встречу Вера Тютрина Художественный руководитель, главный режиссер и актриса театра «Версия». Именно Вера Ивановна задала артисту первый вопрос: она поинтересовалась, доводилось ли ему уже бывать в Томске.

— Да, и для меня этот город очень важен – именно здесь я впервые вышел на профессиональную сцену как актер театра Вахтангова, — начал свой рассказ Евгений Князев. – И меня ждал провал!

Дело было в 1982 году. Я только закончил Щукинское училище. Тогда главным режиссером Вахтанговского театра был Евгений Рубенович Симонов, он пригласил  меня на работу и предложил присоединиться к труппе на гастролях. Театр Вахтангова в тот момент был в Сибири. Я приехал в Новосибирск, начал постепенно знакомиться с артистами. Перед спектаклями в Томске актерам дали несколько выходных, все разъехались.

Но вот пришло время собраться в Томске. А Евгений Рубенович получает телеграммы от нескольких ведущих артистов, что из-за болезней они не прилетят вовремя. Тогда меня срочно вводят на роль Вельзевула в спектакле «Мистерия-буфф». Мне показали, когда надо будет выйти и что сказать: «Ты стучишь палкой и произносишь: «Черти мои верноподданные!».

 Я выучил все свои реплики. Настал вечер, дожидаюсь выхода, повторяю текст, и вдруг понимаю: забыл первую фразу. И вторую тоже забыл. «Либо сейчас все вспомнишь, либо нет!», — сказали мне актеры и вытолкнули меня на сцену. Музыка гремела, софиты слепили, я растерялся, стукнул посохом и молча замер. Мне подсказывали текст, но я ничего не смог произнести. Убежал со сцены. Понял, что моя профессиональная карьера закончилась. Спрятался за кулисами. Там меня разыскал один артист, и напомнил:

— У тебя еще одна сцена!

— Я не выйду!

— Надо!

Тогда я уже сказал какие-то реплики. Сидел, снимал грим, меня успокаивали коллеги. Но я собирался немедленно уехать и навсегда бросить театр. Ночью такой возможности просто не оказалось: не было самолетов и поездов. А утром меня пригласил режиссер:

— Я на тебя надеялся, такую роль дал, а ты?! Через два дня следующий спектакль, чтобы вчерашних ошибок не повторилось!

Оказалось, мои коллеги объяснили Симонову, что я знал текст, но у меня было шоковое состояние. И попросили его дать мне, молодому актеру, второй шанс… о время следующего спектакля я уже справился с нервами, и меня оставили в труппе.Интересно, что стать студентом знаменитой «Щуки» с первого раза Евгению Князеву тоже не удалось. Он поступал в 16 лет, ему сказали, он еще слишком молод, рекомендовали подождать пару лет. Но юноша не поверил, что без связей можно стать студентом такого известного театрального вуза. Отправился в Ленинград, окончил горный институт, собирался работать инженером, специалистом по эскалаторам. А потом его приятель решил стать артистом. Князев за компанию отправился на вступительные экзамены и неожиданно их выдержал. С трудом решил проблему «второго высшего образования» — дважды учиться, естественно, было нельзя. И все-таки стал артистом.Евгений Князев представил в Томске ипровизационные монологи из «Без вины виноватых», «Маскарада», а также «Пиковой дамы». «Маскарад» идет в «Версии», и на сей раз томской Нине, Марии Гуляевой, довелось сыграть сцену из спектакля с Арбениным-Князевым (на репетицию у актеров был всего час). Вера Тютрина согласилась поучаствовать в отрывках-импровизациях из «Без вины виноватых» и «Пиковой дамы» (в последнем Герман-Князев сыграл столь темпераментно, что манжет на платье актрисы не выдержал такого вихря страстей и оторвался).

В кино, как признался артист, интересные предложения случаются редко. Хотя бывают и такие роли, как Мессинг:

— Мне предложили сыграть его за год до начала съемок, это редкость, обычно для подобных работ долго ищут артистов, — вспоминает Евгений Князев. – Позвонил режиссер, сценарист Владимир Краснопольский, с которым мы не были знакомы. Сказал: «Попрошу вас следующее лето не занимать. Снимаем сериал про Мессинга». Я толком тогда не знал, кто это. Но сценарий мне понравился. Весь год тишина, никаких переговоров. А в мае звонок: «Мы приступаем к съемкам, вы нам обещали, что ничего на лето не будете планировать!». И началась работа.

Довелось зрителям услышать и чтение стихов в исполнении Князева. Он прочел Михаила Светлова, Давида Самойлова, Ярослава Смелякова. Как оказалось, этот выбор неслучаен: недавно стихи известных поэтов советского времени артист записал для программы телеканала «Культура» «Послушайте». Евгений Князев вообще неравнодушен к поэзии, об этом и не только он рассказал «Афише» после концерта:

— Не знаю, появится ли когда-нибудь такой поэтический спектакль, но я не раз читал стихи Александра Блока, Бориса Пастернака, Сергея Есенина, Марины Цветаевой. В Томске решил попробовать представить стихи из недавнего поэтического телеконцерта.

—  Такие импровизационные вечера, как в «Версии» — это редкий случай?

— Творческие встречи всегда проходят по-разному. Такого вечера, как здесь, второй раз точно больше не будет. Так сложилось, что в Томске в репертуаре есть спектакль «Маскарад», мне предложили попробовать сыграть отрывок. Нигде нет такой замечательной Веры Ивановны, которая могла бы импровизировать и поучаствовать в эпизодах из спектаклей. То, что мы с ней играли, было для нее полнейшей неожиданностью, мы абсолютно не готовились. Я спросил ее на сцене: «Поможете?», она согласилась. Иначе я бы мог прочитать и без нее.

— В «Версию» вас пригласила Вера Ивановна. Не жалеете, что выступили здесь?

– Посмотрим. Если будут очень ругать, то пожалею, что согласился. А если мой вечер в ком-то найдет отклик, то буду рад, что прилетал в Томск.

— Вы уже почти 10 лет как ректор. В первых интервью после новой должности вы сетовали, что катастрофически не хватает ни на что времени…А сейчас как, через годы стало легче?

 — До сих пор тяжело, ничего не меняется. Надо думать про ремонт, чтобы мебель в вузе не испортили, как костюмы студентам купить, что делать если свет перегорел…Много организационных проблем, и все на мне, я должен за это отвечать.

— Кроме института, театра и кино вы еще и работаете на радио. Насколько оно сейчас востребовано у слушателей?

— Меня радует сотрудничество с радио, хотя не так часто приходится записывать спектакли. Недавно мы делали радиоспектакли по Константину Симонову, Леониду Андрееву, Евгению Шварцу. И они часто идут в эфире. Я уверен, радио слушают — ради программ, ради спектаклей. Люди не хотят только музыку слушать. Аудиокниги не зря очень популярны. Удобно ехать в машине и «читать» Пелевина или Толстова.

— А Вы что слушаете в машине?

—  У меня обычно тишина. При моей публичности в редкие минуты одиночества предпочитаю сосредоточиваться, чтобы меня ничего не отвлекало.— На итернет времени хватает?

— Да, им пользую, хотя блоги, например, не веду, причем дело не во времени. Мне просто неинтересно. Но у меня есть официальный сайт, его веду не лично, есть помощники. Очень ценю там возможность обратной связи со зрителем. Всем мил не будешь, я это понимаю. Но бывают конструктивные замечания.

— Вы всегда подчеркиваете, насколько важной для вас была работа с режиссером Петром Фоменко. Почему потом ваше сотрудничество прервалось?

 — У него свой театр. А я, во-первых, люблю театр Вахтангова. Во-вторых, у Петра Наумовича своя труппа. Считаю, надо идти в те двери, которые открыты. Если бы он меня позвал,  может, и перешел бы к нему. Не буду же я просто сидеть рядом с ним и не работать. 

— Скоро премьера фильма «Однажды в Ростове», где вы сыграли диссидента. Как вы относитесь к этим людям?

— Сложно. Они попытались что-то переделать…  не могу их осуждать, они считали, что откроют всем правду, а в итоге, думаю, диссидентство принесло много вреда.— Театр Вахтангова – это классический, традиционный театр. Как вы, один из его ведущих артистов, относитесь к другим коллективам, к их экспериментам, к современной российской драматургии?

— Они могли бы мне быть интересны, если бы это было бы предметом хоть какого-то искусства. Я не выношу, когда всю грязь жизни демонстрируют на сцене и говорят: «Вот это современная жизнь, и только ее надо показывать». Я не считаю, что бомжи и  отморозки — это герои сегодняшнего дня. Да, они есть, но это не те люди, на примере которых всем нужно учиться. Не понимаю постановок, в которых на сцене матерятся, совокупляются. Это не ханжество, просто интиму место не на сцене, а в спальне. Театр должен быть все-таки театром духа.

…В следующем году томичам удастся увидеть тот театр, который так любит Евгений Князев. «Версия» пригласила на гастроли спектакль из репертуара театра Вахтангова «Посвящение Еве», в котором заняты Евгений Князев и народный артист СССР Василий Лановой.