Благородная сторона Николая Гриценко

Инна Мирончик, Донбасс.Ru от 25 июля 2012

На одной из самых старых улиц Ясиноватой,
Октябрьской, стоит маленький домик. Сейчас он ничем не отличается от других:
пластиковые окна, цветы во дворе. Но сегодня исполняется сто лет событию,
которое произошло в этом доме. Здесь, в семье переписчика вагонов Олимпия и его
жены Фаины, родился легендарный советский актер Николай Гриценко.

А сестра родилась в Горловке

Ясиноватая празднует это событие — в городе
завершается работа над музеем народного артиста СССР, вот-вот  выйдет
книга о его жизни. Инициатор всего этого — заведующая отделом культуры и
туризма горсовета Лариса Ищенко в соавторстве с московской журналисткой Еленой
Семеновой.

— Я собирала материалы о Николае Гриценко два года, —
говорит Ищенко. — Ездила в Москву, где у меня было четырнадцать интересных
встреч с известными людьми, среди которых актеры Владимир Этуш и Людмила
Максакова. В результате узнала много новых фактов о своем земляке. Я попыталась
глазами простого человека увидеть во всех фактах его жизни благородную сторону.

Детство одного из главных злодеев киноэкрана пришлось
на годы революций, голода, тифа. В 1917 году семье Гриценко даже пришлось на
несколько месяцев переехать в Горловку, где увидела свет его младшая сестра
Лилия, которая тоже стала известной актрисой, народной артисткой России.

За парту Николай сел в родном городе. Здание
ясиноватской школы №1 стоит и сейчас. В советское время к нему пристроили новый
кирпичный корпус, но если подойти к школе не с площади Славы, а с обратной стороны,
то можно увидеть маленькое белое здание в тени старых деревьев. Здесь Коля и
постигал азы науки. Впрочем особого прилежания в этом деле не проявлял. Зато
развлекал и учителей, и одноклассников забавными историями о том, почему не
приготовил домашнее задание. Об актерском ремесле в то время Гриценко не
задумывался — он увлеченно учился играть на скрипке в Макеевской музыкальной
школе.

В 19 лет, после окончания Днепропетровского
транспортного политехникума, Николай начал работать техником-десятником на
станции Мушкетово, потом — смотрителем в родной Ясиноватой. Через год сменил
профессию и стал техником-конструктором макеевской «Стали». Работа казалась
невыносимо скучной, и, чтобы развеяться, он поступил на
музыкально-драматический рабфак. Театр неожиданно захватил его целиком —
переиграв все роли в любительском театре, в 1934 году молодой человек
отправился в Киев.

Аплодисменты заслуживал бессловесными ролями

В «матери городов русских» Гриценко без труда
поступил в техникум при музыкально-драматическом институте им. Лысенко.
Студенческая жизнь была веселой, даже слишком. Как-то на спор Николай прошелся
по Крещатику в барском халате, шокировав киевлян. Расслабленного и сытого
«барчука» никто не посмел остановить. Тем не менее, учиться Николаю было скучно
и здесь. Поэтому через год, 21 сентября 1935 года, Гриценко был отчислен за
невыполнение обязанностей. Но молодому дарованию в то время было не до этого —
к Николаю нагрянула первая любовь. Вместе с юной женой и всей своей семьей
Гриценко переехал в Москву.

Здесь он в очередной раз попытался закончить
образование. За три года сменил три учебных заведения: школу при МХАТЕ, при
ЦТКА, наконец, Щукинское театральное училище. Но остался верен в итоге
Вахтанговской школе, в театре которой он проработал всю жизнь. Диапазон его
ролей был необъятным — от простоватого шахтера Степана в  спектакле «Макар
Дубрава» до холодно-интеллигентного Каренина в знаменитой экранизации. Но
первые роли мэтра были крохотными. Новичкам в театре Вахтангова (среди которых
был, к примеру, Юрий Яковлев) долго рассказывали о том, что «Николай Гриценко
начинал с бессловесных проходов по сцене, например, в «Дон Кихоте» — и
заслуживал аплодисменты».

Война внесла свои коррективы в планы актера. В самом
ее начале здание театра погибло от бомбы. Началась срочная эвакуация в Омск, на
которую Гриценко опоздал, поэтому уехал в Архангельск на командирские курсы,
оставив семью в Москве.

Первые роли Николая Гриценко в кино оказались
положительными: Николай в культовой для своего времени «Машеньке», гусар
Александр Фаддеев в «Старинном водевиле».

Из-за Сталинской премии попал в опалу

Судьбоносной для актера стала роль Артамашева в
«Кавалере Золотой Звезды». Фильм получил Сталинскую премию. Как рассказал
сотрудник музея кино Алексей Тримасов, это был последний год, когда она
существовала, после этого ее переименовали в Ленинскую.

Однако из-за вечного бюрократизма актерам долго не
выплачивали деньги. Прямолинейный Гриценко высказался на эту тему. И после
этого началась опала. Достаточно просмотреть список его ролей, чтобы понять,
как наказали его советские чиновники: ни одного положительного героя актеру
сыграть больше не довелось.

— Советское время — пора идеализированных героев.
Писали о хороших ребятах: председателях колхозов, горячих коммунистах и актерах,
которые воплощали их на экране. Мы с сотрудниками музея кино просмотрели
огромный объем критических материалов периода СССР и не нашли ни одного,
посвященного Николаю Гриценко. А для него было всё равно, хороший или плохой
человек его герой, ему была важна глубина образа, — рассказала корреспонденту
«Донбасса» Лариса Ищенко.

Он же вообще относился к кино довольно холодно. Как
вспоминает Людмила Максакова, «для него, кроме театра, ничего не существовало».
Но такая опала была совершенно негласной, налицо противоречивый факт — Гриценко
получил звание заслуженного артиста, не будучи членом партии, — уникальная для
советского времени деталь.

И Этуш, и Максакова, и Василий Лановой, и многие
другие коллеги по цеху говорят об удивительном мастерстве перевоплощений
Николая Олимпиевича. Режиссер Сергей Елахишвили вспоминает:

— Рубен Симонов с некоторым страхом ждал появления
Гриценко на репетиции потому, что если другие актеры имели один, реже два
варианта роли, то у Гриценко их могло быть десять и более.

Временами он ставил эксперименты — приходил в театр в
образе другого человека, в результате его не узнавали служители и не хотели
пускать на репетиции. А однажды во время спектакля Гриценко не узнала даже
собственная мать.

Как у всякой творческой личности, у него был ряд
забавных странностей. По воспоминаниям близких, он на дух не переносил чтения,
но просто обожал кинохронику. При этом держал дома великолепную библиотеку.
Однажды он спросил у своего друга Вячеслава Шалевича, какого тома ему еще не
хватает. Тот посоветовал ему купить Майн Рида за то, что книга была…
фиолетового цвета. Гриценко так и сделал.

О своем родном городе Гриценко помнил всю жизнь.
Когда в Москву приезжали ясиноватские знакомые, он всегда принимал их как
радушный хозяин, интересовался местами, где провел детство, людьми, которые там
остались. Помнят о своих корнях и потомки Николая Гриценко. По словам Ларисы
Ищенко, дочь актера и внучку в Ясиноватой ждут в гости к праздникам,
посвященным его юбилею.

При всей своей энергичности, умении найти выход из
любой ситуации на сцене, в быту Гриценко был беспомощен, как ребенок. В пожилом
возрасте эта черта характера обошлась ему очень дорого. Последняя жена Николая
Олимпиевича играла на его слабостях, как виртуоз на скрипке, что в конечном
счете привело к попаданию знаменитого актера в психиатрическую больницу, где
Николая Гриценко не стало.

Театр Вахтангова богат полулегендарными историями.
Одну из таких рассказал Леонид Филатов. В день, когда Николай Гриценко ушел из
жизни, актеры спокойно отыграли спектакль, не подозревая о случившемся. И когда
они вышли на поклон, неизвестно откуда на сцену вылетел белый голубь и стал
кланяться…

Бег за походками

Екатерина Гриценко, дочь народного артиста,
вспоминает, что манеры, походки, мимику для своих героев отец создавал двадцать
четыре часа в сутки. Николай часто ходил с дочерью гулять, катал ее на машине,
рассказывал интересные истории. Но если во время прогулки видел интересного
человека, то забывал обо всем на свете и наблюдал за ним, шел следом, как
завороженный. В такие моменты девочка могла спокойно разворачиваться и идти
домой — отец бы не обратил на этоникакого внимания.